Постановление 9 наследование

12 мая в ходе очередного образовательного вебинара Федеральной палаты адвокатов с лекцией на тему «Процессуальные вопросы наследственных споров» выступил член Квалификационной комиссии Адвокатской палаты Московской области, кандидат юридических наук Александр Никифоров.

Как пишет пресс-служба ФПА, начиная свое выступление, спикер разделил иски о наследовании на две категории: в которых заявитель просит о восстановлении нарушенного наследственного права и которые вытекают из обязательств наследодателя (не направленные на восстановление нарушенного наследственного права).

Александр Никифоров напомнил, что 29 мая 2012 г. Пленум Верховного Суда РФ вынес Постановление № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», в котором разъяснил процессуальные вопросы рассмотрения наследственных споров. По мнению лектора, нельзя сказать, что высшей судебной инстанции удалось решить все процессуальные аспекты, но, тем не менее, Суд сделал интересные выводы.

Подавляющее большинство наследственных дел, рассматриваемых судами, по словам Александра Никифорова, являются делами искового производства. В то же время, добавил он, истцы в заявлениях зачастую смешивают требования, относящиеся к исковому и особому производствам (к примеру, требования об установлении факта родственных отношений с наследодателем и о признании права собственности в порядке наследования). Несмотря на то что первое требование больше относится к особому производству, оно будет рассматриваться судом как исковое заявление.

В отношении компетенции судов ВС четко указал: все наследственные споры рассматриваются судами общей юрисдикции независимо от субъектного состава участников и состава наследственного имущества, даже если заявление помимо требования из наследственного правоотношения содержит требование, подведомственное арбитражному суду. Верховный Суд, добавил лектор, отдельно подчеркнул, что споры о включении в состав наследственного имущества акций, долей в уставном капитале, паев членов кооперативов, земельных долей, а также о выплате их стоимости рассматриваются судом общей юрисдикции.

Точка в данном вопросе, по словам эксперта, еще не поставлена – в ряде случаев арбитражные суды рассматривают подобные споры, причем, как правило, это споры, касающиеся выплаты наследственной доли. В частности, в 2013 г. Высший Арбитражный Суд РФ указал, что АПК не исключает возможности рассмотрения арбитражными судами споров о выплате действительной стоимости доли. Он пояснил, что вопросы выплаты регулируются не ГК, а Законом об обществах с ограниченной ответственностью. Чуть позднее, в 2016 г., Верховный Суд, рассмотрев дело о переводе на истицу прав и обязанностей приобретателя доли в уставном капитале ООО, указал, что арбитражный суд компетентен рассматривать подобные споры, поскольку речь в них идет не о наследственном споре, а о нарушении прав участников общества. В связи с этим, продолжил Александр Никифоров, определение компетенции суда по рассмотрению таких споров всегда тесно связано с фактическими обстоятельствами спора, поэтому в исковом заявлении важно обосновать, почему выбрано обращение именно в этот суд.

При этом он добавил, что в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что если суд при принятии искового заявления придет к выводу о том, что избранный способ защиты права не обеспечивает его восстановление, это не является основанием для отказа в принятии заявления, его возвращения либо оставления без движения. Также ВС разъяснил, что на стадии подготовки дела суд выносит на обсуждение вопрос о юридической квалификации правоотношения для определения норм, подлежащих применению, и должен указать мотивы принятия (непринятия) тех или иных норм. «Пленум Верховного Суда, основываясь на нормах ч. 4 ст. 22 ГПК РФ, подчеркнул, что если в заявлении помимо требования из наследственного правоотношения есть требования, подведомственные арбитражному суду, дело подлежит рассмотрению и разрешению в суде общей юрисдикции», – отметил лектор.

Рассматривая вопрос о подсудности наследственных споров, эксперт сообщил, что согласно разъяснениям Верховного Суда они рассматриваются районными или городскими судами. Однако, несмотря на то, что мировые суды из решения наследственных споров исключены, споры, вытекающие из обязательств наследодателя, могут разрешаться и в этих судах, в зависимости от цены иска.

Лектор обратил внимание, что в случае исков кредиторов к наследникам либо к наследственному имуществу применяются правила исключительной подсудности, указанные в п. 2 ст. 30 ГПК РФ: до принятия наследниками наследства они подсудны суду по месту открытия наследства. Если иск предъявляется к наследству, что в настоящее время возможно, суд должен приостановить производство по делу до принятия наследниками наследства.

Александр Никифоров выразил несогласие с мнением о том, что применение данной оговорки возможно лишь при предъявлении иска до вступления наследниками в права наследования. Если они уже вступили в наследство, действует общее правило подсудности (по месту жительства наследника). Спикер пояснил, что наследство считается принадлежащим наследнику с момента открытия наследства, а не тогда, когда он его фактически приобрел, и тем более не с момента его оформления. В ситуации с недвижимым имуществом, подчеркнул лектор, речь всегда будет идти об исключительной подсудности – т.е. спор должен рассматриваться по месту расположения недвижимости. Если возникает спор о правах на наследство, в состав которого входят несколько объектов недвижимости, расположенных на территории юрисдикции разных районных судов, иск может быть подан по месту нахождения одного из этих объектов. При этом не имеет значения, какой объект ценнее.

Что касается оспаривания завещания, добавил Александр Никифоров, такие споры рассматриваются по месту открытия наследства, а если истец просит признать право собственности на недвижимость, то по месту ее нахождения. Это, по мнению спикера, вполне оправданно. Содержание завещания, пояснил он, может ограничиваться единственным указанием, например о лишении наследников по завещанию права на наследство. В завещании может и не быть указания на конкретное имущество. В таком случае логично, что завещание должно оспариваться по месту открытия наследства. Однако если истец дополнительно просит признать за ним право на недвижимость, входящую в состав наследства, подсудность меняется – спор должен рассматриваться по правилу исключительной подсудности (по месту нахождения недвижимости).

Пленум ВС в Постановлении № 9 указал, что, если гражданское дело по исковому заявлению к умершему гражданину было возбуждено, производство по делу прекращается в силу абз. 7 ст. 220 ГПК РФ с указанием на право истца обратиться с иском к наследникам, принявшим наследство, а до его принятия – к исполнителю завещания или к наследственному имуществу (п. 3 ст. 1175 ГК РФ). При этом не отменяется возможность приостановления дела, если смерть ответчика произошла в процессе рассмотрения спора судом.

В отношении банкротства наследства лектор пояснил, что оно возможно в двух формах. Первая: если гражданин умер после возбуждения дела о банкротстве, суд по своей инициативе или по ходатайству участника процесса выносит определение о дальнейшем рассмотрении дела по правилам ст. 223.1 Закона о банкротстве. Вторая форма: дело возбуждается после смерти гражданина по заявлению конкурсного управляющего, наследника или уполномоченного органа. По мнению спикера, широкого распространения эта практика пока не получила, возможно, потому что Закон о банкротстве уделяет мало внимания вопросам банкротства наследства. Александр Никифоров допустил, что в перспективе в данный Закон будут внесены изменения, регламентирующие вопросы, связанные с заявлением о банкротстве наследства, а также сам процесс банкротства.

Достоинством данного Постановления № 9, по мнению спикера, стало то, что в нем ВС допускает возможность заключения мировых соглашений по делам о наследовании. Так, в п. 10 постановления перечислены варианты наследственных споров, при которых оно может быть заключено. Появление такой возможности Александр Никифоров назвал очень интересным.

Он напомнил, что впервые Верховный Суд заговорил о ней при рассмотрении одного из дел 30 лет назад. Тогда ВС указал, что суд не может обеспечить защитой несуществующее материальное право на наследство у одной из сторон. Данный критерий лег в основу отграничений случаев, когда может быть заключено мировое соглашение по наследственным спорам.

Верховный Суд, в частности, разъяснил возможность утвердить мировое соглашение по спору о включении в свидетельство о праве на наследство наследников по закону, которые лишены возможности представить доказательства родства (свойства) с наследодателем. В то же время Суд указал, что в утверждении мирового соглашения по спору об определении наличия у сторон прав наследования и состава наследников должно быть отказано. То есть от формулировки искового заявления будет зависеть возможность заключения по нему мирового соглашения.

В ходе лекции были рассмотрены дела особого производства, в частности об установлении юридических фактов. На примерах из практики спикер пояснил, почему так важно, чтобы были соблюдены все требования, установленные ГПК для рассмотрения такого рода дел, среди которых – невозможность получения надлежащих документов или восстановления утраченных документов в ином порядке, а также отсутствие спора о праве. В подобных делах, добавил он, важнейшее значение имеют фактические обстоятельства. Александр Никифоров обратил внимание, что заявление о совершенном нотариальном действии или отказе в его совершении подается в суд по месту нахождения нотариуса или лица, уполномоченного совершать нотариальные действия, в течение 10 дней со дня, когда заявителю стало известно о совершенном нотариальном действии или отказе в его совершении. Он подчеркнул, что спор о праве, основанный на совершенном нотариальном действии, рассматривается судом в порядке искового производства.

Лектор также осветил вопрос о возможности восстановления срока на принятие наследства. Он рассказал, что Верховный Суд в 2018 г. рассмотрел подобный спор, связанный с нарушением прав несовершеннолетнего наследника. По общему правилу второй срок для принятия наследства является пресекательным и не подлежит восстановлению ни при каких условиях. В данном деле ВС РФ отменил судебные акты нижестоящих инстанций и направил дело на пересмотр, указав, что первый срок на принятие наследства должен быть восстановлен ввиду недобросовестных действий представителя несовершеннолетнего наследника, повлекших негативные последствия для последнего.

В заключение Александр Никифоров обратил внимание, что в соответствии с Постановлением Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» решение суда об установлении факта добросовестного, открытого и непрерывного наследуемого владения как своим собственным в течение срока приобретательной давности также является основанием для последующей регистрации права собственности.

Наследование долей в ООО: когда допустить наследника к управлению?

Пленум Верховного Суда РФ Постановлением от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" разъяснил, в том числе некоторые вопросы, связанные с наследованием долей в обществах с ограниченной ответственностью. По мнению Верховного Суда РФ, наличие или отсутствие согласия остальных участников общества не может повлиять на возникновение у наследника права на долю и получение у нотариуса свидетельства о праве на наследство, однако трансформация наследственных прав на долю в права участника общества происходит в соответствии с уставом конкретного ООО, что необходимо учитывать и наследникам, и самому обществу.

До недавнего времени дела о наследовании долей в ООО разрешались в арбитражных судах как споры между участником и обществом о признании права собственности на долю (например, Постановление ФАС Московского округа от 25.03.2011 N КГ-А41/18202-10 по делу N А41-11722/10 или Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 12 августа 2011 г. N А78-2170/2010).

Однако, Верховный Суд РФ, положил конец арбитражной практике о признании прав на доли в ООО в порядке наследования, отнеся рассмотрение споров о наследовании любого имущества и долей в ООО, в частности, исключительно к компетенции судов общей юрисдикции, даже если в заявленном иске имеются требования, разрешение которых подведомственно арбитражным судам (пункт 1 Постановления от 29.05.2012 N 9).

Иными словами, все споры, которые возникают у наследника доли в ООО до его принятия в участники общества, подлежат рассмотрению судами общей юрисдикции. Полагаем, что если после смерти наследодателя (со дня открытия наследства) оставшиеся участники успеют принять на общем собрании какие-либо решения без участия наследника, то такие решения подлежат оспариванию наследником в суде общей юрисдикции.

Важно, что Пленумом Верховного Суда РФ был поддержан тезис арбитражных судов о том, что получение свидетельства о праве на наследство является правом, а не обязанностью наследника, поэтому отсутствие такого свидетельства не может служить основанием для отказа в принятии искового заявления по спору о наследстве, возвращения такого искового заявления или оставления его без движения (пункт 7 Постановления от 29.05.2012 N 9).

В тоже время, при отсутствии свидетельства о праве на наследство свои права в суде наследник обязан подтвердить документами о родстве с наследодателем или завещанием на свое имя, а также доказательствами принятия наследства (справкой из нотариальной конторы об открытии наследственного дела либо фактическими обстоятельствами вступления в права наследника), в зависимости от порядка наследования (по закону или по завещанию), а также конкретных обстоятельств дела, поскольку для наследника обязанность доказывания обстоятельств, на которые он ссылается в обоснование своего иска или возражений, то есть статью 56 ГПК РФ, никто не отменял.

Как усматривается из преамбулы Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9, Верховный Суд РФ при издании данного судебного акта руководствовался тем, что право наследования гарантировано частью 4 статьи 35 Конституции Российской Федерации.

Подобный конституционный подход обеспечивает, независимо от вида имущества, его наследование в порядке универсального правопреемства, то есть переход права от наследодателя к наследнику в состоянии "как есть", поэтому никакие лица, включая само ООО и остальных участников, не могут повлиять на переход права собственности на долю в ООО в порядке наследования.

Имущество при наследовании переходит в порядке универсального правопреемства, т.е. в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил Гражданского Кодекса РФ не следует иное (ст.1110 ГК РФ).

Как специально отмечено в пункте 66 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9, в состав наследства участника полного товарищества или полного товарища в товариществе на вере, участника общества с ограниченной или с дополнительной ответственностью, члена производственного кооператива входит доля (пай) этого участника (члена) в складочном (уставном) капитале (имуществе) соответствующего товарищества, общества или кооператива.

Иными словами, доля наследодателя в уставном капитале ООО автоматически включается в состав наследства.

Таким образом, внесена определенность в вопрос о том, нужно ли согласие остальных участников на стадии оформления свидетельства о праве на наследство на долю в ООО, ведь до недавнего времени нотариусы требовали от наследников представления согласия остальных участников общества в виде протокола общего собрания, подписанного всеми участниками либо в виде отдельных письменных заявлений всех участников общества.

Теперь ответ стал очевиден: согласия общества и/или его участников для оформления свидетельства о праве на наследство на долю в ООО или для принятия решения судом по установлению права в порядке наследования не требуется.

Оставьте комментарий