Возмещение затрат на адвоката по уголовным делам

Расходы на адвоката: процессуальные издержки или убытки

В конце апреля Конституционный суд опубликовал Постановление № 21-П, принятое по жалобе Александра Музыки. Мужчина потребовал признать неконституционными две статьи ГК о возмещении убытков, на основании которых с него взыскали процессуальные издержки по уголовному делу.

Нет приговора, но есть расходы: предыстория

  • В отношении Музыки возбудили дело частного обвинения по ст. 116 УК («Побои»). Потерпевшей и частным обвинителем по нему выступила Марина Пирогова*.
  • В декабре 2015 года мировой судья признал мужчину виновным и оштрафовал его на 5000 руб. В связи с амнистией по случаю 70-летия Победы судимость с Музыки сняли, от выплаты штрафа освободили.
  • Апелляция приговор отменила и направила дело на пересмотр.
  • В сентябре 2016 года мировой судья прекратил производство по делу в связи с отсутствием состава преступления. Незадолго до этого ч. 1 ст. 116 УК, которую вменяли Музыке, декриминализировали.
  • Пирогова обратилась в суд с заявлением о взыскании с Музыки 75 000 руб., которые она потратила на оплату услуг адвоката. Мировой судья ее требования частично удовлетворил и взыскал с Музыки 20 000 руб. по ч. 1 ст. 132 УПК, согласно которой процессуальные издержки взыскиваются с осужденных.
  • Апелляция с таким выводом не согласилась и направила дело в части взыскания процессуальных издержек на пересмотр. Суд пояснил, что обвинительного приговора в отношении Музыки нет, поэтому ч. 1 ст. 132 УПК применяться не может.
  • При пересмотре мировой судья Пироговой отказал, отметив, что заявительница может взыскать расходы на адвоката в гражданском судопроизводстве.
  • После этого Пирогова инициировала гражданский спор с Музыкой. Она потребовала с него 75 000 руб. расходов на адвоката в качестве возмещения материального ущерба по ст. 15 (возмещение убытков) и ст. 1064 (ответственность за причинение вреда) ГК. Первая инстанция иск удовлетворила полностью. Все вышестоящие суды оставили решение в силе.

Что решил КС?

Музыка посчитал, что его права были нарушены, и обратился в Конституционный суд. В своей жалобе он указал: по смыслу, придаваемому правоприменительной практикой, ст. 15 и 1064 ГК противоречат Основному закону, поскольку разрешают суду в рамках гражданского судопроизводства взыскивать расходы потерпевшего на адвоката в полном размере с обвиняемого, чья вина не была доказана в порядке уголовного судопроизводства.

Рассматривая жалобу Музыки, КС сослался на высказанные им ранее правовые позиции, согласно которым ст. 132 УПК не лишает потерпевшего (частного обвинителя) права требовать возмещения его расходов на адвоката, если дело было прекращено вследствие декриминализации деяния. При этом уголовно-процессуальное законодательство умалчивает о специальном порядке возмещения расходов потерпевшего в приведенном случае, поэтому на практике компенсация происходит на основании ст. 15 и 1064 ГК, следует из постановления.

Однако, как пояснили в своих письменных отзывах стороны, которые принимали участие в принятии и подписании ГК, названные нормы не подлежат применению в делах о возмещении процессуальных издержек. Такие издержки должны быть возмещены из федерального бюджета в порядке уголовного судопроизводства, говорится в отзывах. На этом же настаивал и Пленум Верховного суда в своем Постановлении от 19 декабря 2013 года № 42, отметил КС. Тогда Пленум ВС пояснил, что процессуальные издержки по уголовным делам, которые прекращаются по нереабилитирующим основаниям, возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Более того, взыскивать такие расходы в порядке гражданского судопроизводства с лиц, уголовное преследование которых прекращено из-за декриминализации, несправедливо, потому что убытки по ГК взыскиваются в полном объеме, а процессуальные издержки по УПК – лишь в разумных пределах, добавил КС.

Таким образом, ст. 15 и 1064 ГК не обеспечивают необходимого уровня правовой определенности при возмещении расходов потерпевшего на адвоката по уголовному делу частного обвинения, которое было прекращено из-за декриминализации деяния. В этой мере оспариваемые нормы противоречат Основному закону, постановил КС. Он предписал внести необходимые поправки в действующее законодательство, а после этого пересмотреть решения по делу Музыки.

«Эффект будет точечным, но может дать почву для научной дискуссии»: мнение экспертов

В рамках гражданского судопроизводства заявляется довольно много исков о взыскании различных расходов, которые связаны с уголовным делом, но не являются процессуальными издержками, отмечает Виктор Ушакевич из адвокатского бюро Адвокатское бюро «Торн» Адвокатское бюро «Торн» Региональный рейтинг. × . При этом само понятие «процессуальные издержки» носит неопределенный характер, добавляет управляющий партнер ЕМПП ЕМПП Федеральный рейтинг. группа Семейное и наследственное право группа Уголовное право группа Арбитражное судопроизводство (средние и малые споры — mid market) группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа ТМТ (телекоммуникации, медиа и технологии) 20 место По выручке на юриста (менее 30 юристов) 49 место По выручке Профайл компании × Сергей Егоров. Сам Конституционный суд, как напоминает адвокат, несколько лет назад признал, что расходы на оплату услуг представителя оправданного по делу частного обвинения не относятся к числу процессуальных издержек, а могут расцениваться как вред, который подлежит возмещению по ст. 15 и 1064 ГК (Определение КС от 25 октября 2016 года № 2230-О).

Такая ситуация приводит к путанице, поскольку расходы на адвоката, в зависимости от статуса лица в уголовном деле, могут являться либо процессуальными издержками в уголовном деле, либо гражданско-правовым вредом, либо, как выразился КС в настоящем постановлении, обстоятельством неопределенной правовой природы, порождающей возможность различного истолкования.

Сергей Егоров, управляющий партнер ЕМПП

Что касается процессуальных издержек по уголовному делу в строгом смысле, то практика их взыскания в порядке ГПК не особо распространена, отмечает Ушакевич. Такие вопросы, как правило, решаются при вынесении приговора, добавляет он. В законе довольно однозначно закреплено, что возместить процессуальные издержки по прекращенному уголовному делу публичного или частно-публичного обвинения должно государство из средств федерального бюджета. «Каких-то особых правовых пробелов в этих ситуациях не наблюдается. Неурегулированным является именно вопрос с делами частного обвинения, которые прекращены ввиду декриминализации [как это было в случае Музыки]», – добавляет адвокат.

Таких дел немного, замечает Тимур Соколов, кандидат юридических наук, доцент НИУ ВШЭ. По его словам, ситуация Музыки уникальная. «Сам Конституционный суд привел в своем постановлении лишь три таких решения. Думаю, что суд не далёк от истины относительно реальной распространенности таких случаев», – замечает эксперт. Это связано с тем, что сама декриминализация составов, по которым предусмотрено частное обвинение, – довольно редкое явление, объясняет Соколов. С ним соглашается Ушакевич, напоминая, что за период действия нынешнего УПК статьи частного обвинения декриминализировали лишь дважды: в декабре 2011 года, когда утратили силу ст. 129 (клевета) и ст. 130 (оскорбление) УК, а также в июле 2016-го, когда и была частично декриминализирована ст. 116 УК о побоях.

Хотя Конституционный суд и признал частично неконституционными нормы ГК, он фактически выявил пробел в УПК, сходятся во мнении опрошенные эксперты.

«Видится только один отвечающий здравому смыслу и справедливости путь его восполнения – зафиксировать в УПК, что процессуальные издержки в случае прекращения уголовного дела частного обвинения в связи с декриминализацией деяния подлежат взысканию из федерального бюджета», – отмечает Ушакевич. В целом принятое постановление будет носить скорее «точечный» характер из-за немногочисленности дел частного обвинения, резюмирует Соколов. «Но выводы КС могут дать почву для научной дискуссии об основаниях и пределах субсидиарного применения норм гражданского права в других отраслях, о соотношении материального и процессуального права, может быть, и вовсе о необходимости строгого деления права на отрасли», – добавляет он.

Участвовавший в судебном процессе адвокат не обязан подтверждать это документами, указал Верховный суд РФ в деле о взыскании расходов на представителя. ВС отметил, что на решение вопроса о взыскании с проигравшей стороны возмещения затрат на защиту не может повлиять отсутствие документов, тем более, когда адвокат непосредственно присутствовал на заседаниях.

Также высшая инстанция указала, что нет жесткой необходимости предоставлять в процесс именно подлинники, а не копии документов о заключении договора между адвокатом и его клиентом. Подлинные документы представляются тогда, когда без них невозможно разрешить дело или когда копии отличаются содержанием, пояснил ВС РФ.

Расходы на представителя

Высшая инстанция рассматривала ситуацию жительницы Ингушетии, которая являлась потерпевшей по делу об умышленном причинении среднего вреда здоровью. Она просила взыскать с осуждённой затраты на лечение, моральный вред, а также материальные расходы, к которым истица отнесла оплату труда своего представителя в процессе как по уголовному делу, так и по гражданскому. Последнее требование было оценено почти в 230 тысяч рублей.

Малгобекский городской суд удовлетворил требования неполностью, в частности, он снизил сумму морального ущерба в 10 раз — до 200 тысяч рублей. Что касается расходов на представителя, то суд взыскал полную сумму, запрашиваемую истицей.

С этим не согласились ни ответчица, ни прокуратура. Осужденная посчитала, что потерпевшая не доказала причинение ей материального ущерба, а также не согласилась с размером компенсации морального вреда.

Прокурор же города подал представление, в котором указал, что производство по требованию истицы о возмещении ей затрат на оплату услуг представителя в рамках уголовного дела должно быть прекращено. Решение было мотивировано тем, что подобные расходы относятся к процессуальным издержкам и такие споры рассматриваются в порядке, предусмотренном Уголовно-процессуальным кодексом, но не подлежат рассмотрению в рамках гражданского судопроизводства.

В результате Верховный суд Ингушетии решение изменил, согласившись с прокурором и прекратив производство в части решения вопроса о выплате адвокату гонорара. А во взыскании расходов на защитника в рамках гражданского судопроизводства вышестоящая инстанция вообще отказала.

Суд сослался на отсутствие в материалах дела письменных подтверждений об оказании адвокатом юридических услуг его клиентке: ордера, соглашения, квитанции либо иного документа, подтверждающего понесенные истицей расходы на оплату услуг представителя. В процесс представили лишь ксерокопии ордера и квитанции, которые суд счёл ненадлежащими доказательствами.

В кассационной жалобе заявительница попросила высшую инстанцию все же обязать ответчицу оплатить услуги адвоката в гражданском разбирательстве. Речь шла о сумме 30 тысяч рублей.

Позиция ВС

Верховный суд посчитал, что с выводами суда апелляционной инстанции в части отказа в удовлетворении требований о взыскании 30 тысяч рублей, затраченных на оплату услуг представителя, согласиться нельзя.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса, проигравшая в судебном споре сторона возмещает победителю все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, то затраты присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных требований, а ответчику — пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано, напоминает ВС РФ.

Также, указывает он, в силу части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса выигравшей стороне по ее письменному ходатайству суд присуждает с проигравшей стороны расходы на оплату услуг защитника в разумных пределах.

«Таким образом, требования о возмещении расходов на оплату услуг представителя являлись обоснованными», — считает суд.

Он приводит и нормы статьи 56 ГПК, регулирующей обязанность стороны доказать обстоятельства, на которые она ссылается, а также право суда определять какие обстоятельства имеют значение для дела и какой стороне надлежит их доказывать. При этом суд должен выносить обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались, напоминает ВС.

«Процессуальное законодательство не ограничивает права суда на оценку представленных сторонами доказательств в рамках требований о возмещении судебных издержек в соответствии с частью 1 статьи 67 ГПК по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств», — указано в определении.

ВС напомнил, что истица воспользовалась помощью представителя при рассмотрении спора в судебном заседании судов первой и апелляционной инстанций. Обстоятельства оказания ей юридической помощи ответчицей не оспаривались.

В соответствии с пунктом 15 статьи 22, статьей 25 закона от 31 мая 2002 года No 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре» она осуществляется на основе соглашения между защитником и доверителем об оказании юридической помощи. Вознаграждение от клиента подлежит обязательному внесению в кассу соответствующего адвокатского образования либо перечислению на расчетный счет адвокатского образования в порядке и сроки, которые предусмотрены соглашением.

«В материалах дела имеются копия ордера, в соответствии с которым адвокату поручается защита (истицы) в Малгобекском городском суде республики Ингушетия и Верховном суде республики Ингушетия, и копия квитанции к приходному кассовому ордеру об оплате (истицей) денежной суммы в размере 30 тысяч рублей на основании соглашения.

Признавая названные документы ненадлежащими доказательствами оплаты услуг представителя, суд апелляционной инстанции не принял во внимание, что согласно части 2 статьи 71 Гражданского процессуального кодекса письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии», — говорится в определении.

ВС напоминает, что подлинные документы представляются тогда, когда без них невозможно разрешить дело или когда копии отличаются содержанием. Если копии документов представлены в суд в электронном виде, суд может потребовать представления подлинников этих документов.

«Также суд не учел, что само по себе отсутствие документов не лишает истицу права требовать возмещения расходов на оплату услуг представителя и не может служить основанием для отказа ей во взыскании этих расходов в разумных пределах, поскольку адвокат, с которым заключено соглашение, принимал участие в судебном разбирательстве», — подчеркивает ВС.

Он считает существенными допущенные нарушения норм права, в связи с чем отменил апелляционное определение в части, касающейся вопроса об оплате услуг представителя в гражданском процессе и направил его на новое рассмотрение в Верховный суд Ингушетии.

Мнение эксперта

Юрист МКА «Клишин и партнёры» Надежда Воронина назвала правильным и значимым решение Верховного суда. «Я с этим постановлением ВС РФ действительно согласна, потому что, вне зависимости от того, копия подается или оригинал, доказательства присутствия адвоката в суде были предоставлены.

Мне кажется, что ВС РФ хочет существенно упростить процедуру возмещения расходов на представителя, если с этим согласны все стороны. Но если кто-то не согласен с решением о возмещении расходов, было бы неплохо истребовать оригиналы непосредственно в судебном заседании. Хотя, в принципе, возмещение расходов на представителя проигравшей стороной является обязательным», — указала эксперт.

Подборка наиболее важных документов по запросу Расходы на услуги адвоката по делам частного обвинения (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).

Процессуальные издержки по уголовным делам

Пленум ВС РФ 19 декабря 2013 года принял Постановление № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам» (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 42), в связи с изданием которого утратило силу Постановление Пленума ВС РФ от 26 сентября 1973 г. № 8 «О судебной практике по применению законодательства о взыскании процессуальных издержек по уголовным делам» (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 8), а также несколько иных актов 1 .

Основной акцент авторы Постановления Пленума ВС РФ № 8 делали на непринятии и неправильном принятии судами и судьями разных уровней необходимых мер к взысканию с осужденных процессуальных издержек, понесенных органами дознания, следствия и судами. В связи с этим ВС РФ в своем Постановлении Пленума № 8 указывал судам на необходимость:

  • точного и неуклонного исполнения законодательства о взыскании процессуальных издержек;
  • проверки выполнения органами предварительного следствия требований ч. 5 ст. 220 УПК РФ о приложении к обвинительному заключению справки о виде и размере процессуальных издержек;
  • разрешения вопроса о процессуальных издержках в приговоре;
  • проверки верховными судам республик, краевым, областным и соответствующими им судами правильности применения законодательства о процессуальных издержках при рассмотрении уголовных дел в кассационном порядке и в порядке надзора;
  • периодического изучения и обобщения практики применения законодательства о взыскании процессуальных издержек.

Постановление Пленума ВС РФ № 8 разъясняло, что понимается под иными расходами, относящимися к процессуальным издержкам. Помимо этого, оно указывало на необходимость мотивировки при принятии решения о взыскании процессуальных издержек и на порядок действий при оправдании подсудимого по одной из статей предъявленного обвинения либо исключении одного или нескольких эпизодов, а также при осуждении по делу нескольких лиц.

Что стало

В Постановлении Пленума ВС РФ № 42 конкретизируется, что следует понимать правоприменителю под процессуальными издержками. Процессуальные издержки – это необходимые и оправданные расходы, связанные с производством по уголовному делу, в том числе выплаты и вознаграждения физическим и юридическим лицам, вовлеченным в уголовное судопроизводство в качестве участников (потерпевшим, свидетелям, экспертам, переводчикам, понятым, адвокатам и др.) или иным образом привлекаемым к решению стоящих перед ним задач (например, лицам, которым передано на хранение имущество подозреваемого, обвиняемого, или лицам, осуществляющим хранение, пересылку, перевозку вещественных доказательств по уголовному делу) (п. 1 Постановления Пленума ВС РФ № 42). К процессуальным издержкам относятся расходы, непосредственно связанные с собиранием и исследованием доказательств и предусмотренные УПК РФ (например, расходы в связи с участием в производстве следственных действий педагога, психолога и иных лиц); расходы потерпевшего на участие представителя, расходы иных заинтересованных лиц на любой стадии уголовного судопроизводства при условии их необходимости и оправданности.

В состав процессуальных издержек не включается стоимость проведения судебной экспертизы в государственных учреждениях 2 ; расходы на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями и решениями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры в порядке, установленном ч. 3, ч. 5 статьи 133 УПК РФ (например, расходы на возмещение вреда, причиненного в результате незаконного изъятия и удержания имущества в качестве вещественного доказательства).

При определении размера вознаграждения адвокату, участвующему в уголовном деле по назначению дознавателя, следователя и суда, подлежит учету все затраченное им время (в том числе время посещения доверителя, изучения материалов уголовного дела, выполнения иных действий при условии их подтверждения документами). При этом время занятости адвоката исчисляется в днях вне зависимости от продолжительности работы по данному уголовному делу в течение дня. Размер вознаграждения определен постановлением Правительства РФ от 1 декабря 2012 г. № 1240 «О порядке и размере возмещения процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу, издержек в связи с рассмотрением гражданского дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного Суда Российской Федерации и о признании утратившими силу некоторых актов Совета Министров РСФСР и Правительства Российской Федерации» и составляет в среднем от 550 руб. до 1200 руб. за один рабочий день участия.

Взыскание процессуальных издержек возможно только по решению суда, с заслушиванием позиции осужденного и учетом его приговора

Постановлением судьи Верховного суда Республики Мордовия от 2 ноября 2009 года с осужденного взысканы процессуальные издержки в доход государства, связанные с оплатой труда адвокатов. Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам ВС РФ от 11 мая 2010 года постановление оставлено без изменения. В надзорной жалобе адвокат осужденного просит отменить постановление судьи Верховного суда Республики Мордовия от 2 ноября 2009 года, кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам ВС РФ от 11 мая 2010 года, дело в этой части передать на новое судебное рассмотрение, поскольку взыскивая с осужденного процессуальные издержки, выплаченные адвокатам за участие в деле в качестве защитников, суд не учел, что осужденный был оправдан за ряд преступлений. Исходя из положений ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки, связанные с этими преступлениями, следовало отнести на счет государства. При вынесении постановления о взыскании процессуальных издержек судебное разбирательство не проводилось, мнение осужденного и его защитника по этому вопросу не выяснялось.

Президиум ВС РФ находит постановление судьи от 2 ноября 2009 года и кассационное определение от 11 мая 2010 года подлежащими отмене на основании ч. 1, п. 1 ч. 2 ст. 409 УПК РФ 3 .

Исходя из смысла положений ст. 132 УПК РФ при оправдании подсудимого по одной из статей предъявленного обвинения либо исключении одного или нескольких эпизодов процессуальные издержки, связанные с этим обвинением или эпизодами, принимаются на счет государства. Исходя из положений ч. 3 ст. 131 УПК РФ выплата сумм, относящихся к процессуальным издержкам, производится по постановлению судьи без проведения судебного заседания и без участия заинтересованных лиц, что обусловлено своевременной компенсацией процессуальных издержек лицам, участвующим в судопроизводстве, из средств федерального бюджета. При этом взыскание с осужденного процессуальных издержек возможно только по решению суда, при этом осужденному должна быть предоставлена возможность довести до суда свою позицию по поводу суммы взыскиваемых издержек и своего имущественного положения.

При таких обстоятельствах постановление судьи о взыскании с осужденного в доход государства процессуальных издержек, а также кассационное определение, которым данное решение оставлено без изменения, подлежат отмене с передачей дела на новое рассмотрение (Постановление президиума ВС РФ от 3 апреля 2013 г. № 17-П13).

Цитата

Анатолий Сидоров, к. ю. н., доцент кафедры уголовного права и процесса Института государства и права Тюменского государственного университета, адвокат Тюменской межрегиональной коллеги адвокатов

Анатолий Сидоров, к. ю. н., доцент, адвокат Тюменской межрегиональной коллегии адвокатов:

Сравнительный анализ Постановления Пленума ВС РФ № 42 и Постановления Пленума ВС РФ № 8 позволяет сделать вывод о том, что суть существенных недостатков в деятельности судов, касающихся взыскания судебных издержек, и рекомендации, которые дает ВС РФ нижестоящим судам с целью устранения этих недостатков, не изменились. Имеются лишь некоторые уточнения в связи с изменившимся законодательством. Несмотря на то, что за всю историю принятия руководящих и направляющих резолюций высшим органом судебной власти сменилось несколько поколений судей, проблема была и остается. И пока судьи не будут привлекаться к надлежащей дисциплинарной ответственности за те нарушения, которые они допускают, прекрасно осознавая это, никакие многочисленные рекомендации «воз с места не сдвинут«.

Процессуальные издержки могут быть взысканы с осужденных или возмещены за счет средств федерального бюджета. «Ни в ст. 132 УПК РФ, ни в Постановлении Пленума ВС РФ № 42 ничего не говорится о том, когда и кто обязан разъяснить данное положение подозреваемому или обвиняемому. То есть подсудимый ставиться перед фактом возмещения процессуальных издержек только по окончании судебного следствия по делу. Поэтому «ни сном, ни духом» не ведая об этом заранее, он после вовлечения в сферу уголовного судопроизводства наивно предполагает, что назначенный ему в качестве защитника адвокат действительно бесплатный, и, не задумываясь о возможных последствиях деятельности такого защитника, соглашается на уговоры следователя или дознавателя не приглашать «своего» адвоката. Сплошь и рядом мне и моим коллегам-адвокатам, участвующим в уголовных делах по соглашению с клиентом, приходится слышать, что дознаватель или следователь отговаривали их заключать соглашение, делая «заманчивое» предложение о предоставлении бесплатного защитника. Как итог, повторное обращение к адвокату по соглашению, но уже тогда, когда ситуацию по делу исправить подчас просто невозможно,» – сетует Анатолий Сидоров, к. ю. н., доцент кафедры уголовного права и процесса Института государства и права Тюменского государственного университета, адвокат Тюменской межрегиональной коллеги адвокатов. В связи с изложенным, ученый полагает, что законодатель, наделяя подозреваемых и обвиняемых правом пользоваться помощью защитника бесплатно, должен обязать дознавателя, следователя и суд разъяснять положение ст. 131 УПК РФ и ст. 132 УПК РФ о возможных последствиях реализации этого права в виде взыскания судебных издержек.

В случае, если преступление совершил несовершеннолетний, обязанность возместить процессуальные издержки может быть возложена на его законного представителя. При оправдании подсудимого по уголовному делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки с лица, по жалобе которого было начато производство.

В Постановлении Пленума ВС РФ № 42 закреплено, что к обвинительному заключению, к обвинительному акту или к обвинительному постановлению должна прилагаться справка о процессуальных издержках (согласно ч. 5 ст. 220, ч. 3.1 ст. 225, ч. 1 ст. 226.1 УПК РФ). По поступившему в суд уголовному делу необходимо проверять, выполнены ли органами предварительного расследования указанные требования. Принятие решения о взыскании процессуальных издержек с осужденного возможно только в судебном заседании с учетом мнения осужденного. Вопрос о процессуальных издержках подлежит разрешению в приговоре, где указывается, на кого и в каком размере они должны быть возложены. По ходатайству заинтересованных лиц вопрос о процессуальных издержках может быть разрешен и после вынесения приговора.

Взыскание процессуальных издержек по уголовному делу не подлежит разрешению в порядке гражданского судопроизводства

Гражданин обратился в апелляционный суд, не согласившись с решением суда первой инстанции в части удовлетворения требований о взыскании с него расходов на оплату услуг адвоката. По его мнению, присужденная судом к взысканию сумма определена без учета принципа разумности; истцом не представлен отчет его представителя о проделанной работе по делу; адвокат при повторном рассмотрении уголовного дела участия не принимал и при первом рассмотрении дела участвовал в нескольких судебных заседаниях и лишь в одном следственном действии. В связи с этим ответчик просит решение в данной части изменить, снизив подлежащую взысканию сумму расходов на оплату услуг адвоката.

При рассмотрении апелляционной жалобы были обнаружены нарушения, допущенные судом первой инстанции при разрешении требований о взыскании расходов на оплату услуг адвоката по уголовному делу.

Суд первой инстанции исходил из того, что он не имел возможности разрешить вопрос о возмещении расходов на услуги адвоката в рамках общей процедуры, установленной главой 17 УПК РФ, а потому такие требования подлежат удовлетворению в рамках гражданского судопроизводства. Судебная коллегия не согласилась с таким выводом, признав его основанным на ошибочном понимании закона. Из разъяснений, содержащихся в п. 34 Постановления Пленума ВС РФ от 29 июня 2010 г. № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве» следует, что указанные расходы взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета как процессуальные издержки. Если суд в приговоре не разрешил вопрос о распределении процессуальных издержек в виде расходов, понесенных потерпевшим и его законным представителем в связи с участием в уголовном деле; расходов, связанных с явкой к месту производства процессуальных действий и проживанием; суммы, выплачиваемой в возмещение недополученной заработной платы; суммы, выплачиваемой за отвлечение от обычных занятий – эти вопросы могут быть разрешены в порядке исполнения приговора в соответствии с гл. 47 УПК РФ. Вопросы, связанные с исполнением приговора, разрешаются судом, постановившим приговор (ч. 1 ст. 396 УПК РФ).

В силу вышеприведенных норм уголовно-процессуального закона порядок возмещения потерпевшему расходов на оплату услуг представителя регламентируется действующими нормами УПК РФ, что не учтено судом первой инстанции при вынесении решения в обжалуемой части. В связи с этим, требования ответчика о взыскании оплаты услуг адвоката по уголовному делу не могли быть разрешены в порядке гражданского судопроизводства, поскольку подлежали рассмотрению и разрешению по нормам уголовно-процессуального законодательства (Апелляционное определение Забайкальского краевого суда от 24 июля 2013 г. по делу № 33-2529-2013).

За время действия Постановления Пленума ВС РФ № 8 (а именно с 1973 года) при применении судами законодательства о процессуальных издержках при осуществлении уголовного судопроизводства накопилось много противоречивой практики, упорядочить которую и призвано Постановление Пленума ВС РФ № 42.

Документы по теме:

Новости по теме:

    – ИА «ГАРАНТ», 11 марта 2010 г. – ИА «ГАРАНТ», 3 марта 2010 г. – ИА «ГАРАНТ», 3 февраля 2010 г.

1 В связи с принятием Постановления Пленума ВС РФ № 42 помимо Постановления Пленума ВС РФ № 8 утратили силу абз. 8 пп. «в» п. 1 Постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 1993 г. № 11 «О дополнении и изменении некоторых постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации»; п. 1 Постановления Пленума ВС РФ от 6 февраля 2007 г. № 7 «Об изменении и дополнении некоторых постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам».
2 В соответствии со ст. 37 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» деятельность государственных судебно-экспертных учреждений, экспертных подразделений федеральных органов исполнительной власти, в том числе экспертных подразделений органов внутренних дел РФ, финансируется за счет средств федерального бюджета.
3 Глава 48 УПК РФ, которая включала в себя ст.ст. 402-412, утратила силу с 1 января 2013 года в связи с принятием Федерального закона от 29 декабря 2010 г. № 433-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации» (далее — Закон № 433-ФЗ). Однако Президиум ВС РФ ссылается на утратившую силу ст. 409 УПК РФ, руководствуясь п. 5 ст. 3 Закона № 433-ФЗ, согласно которому пересмотр вступивших в законную силу судебных решений в порядке, установленном гл. 47.1 и гл. 48.1 УПК РФ (в редакции Закона № 433-ФЗ), осуществляется в отношении приговоров, определений и постановлений суда, вступивших в законную силу после дня вступления в силу Закона № 433-ФЗ. Пересмотр судебных решений, вступивших в законную силу до 1 января 2013 года, осуществляется в порядке, установленном гл. 48 УПК РФ (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 433-ФЗ).

13 мая Конституционный Суд вынес Постановление № 18-П по делу о проверке конституционности ч. 3 ст. 131 и ст. 132 УПК РФ, а также п. 30 Положения о возмещении процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу, издержек в связи с рассмотрением дела арбитражным судом, гражданского дела, административного дела, а также расходов в связи с выполнением требований КС РФ, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 1 декабря 2012 г. № 1240.

Первое обращение заявительницы в Конституционный Суд

Напомним, как писала ранее «АГ», в апреле 2012 г. беременная тройней Эльвира Юровских поступила в роддом на плановую операцию в виде кесарева сечения. Всю неделю до родов женщина проходила различные медицинские обследования, которые не выявляли никаких патологий. Тем не менее накануне родов УЗИ показало, что два плода не проявляют признаков жизни. Пациентку срочно прооперировали: первой родилась девочка, а двое мальчиков были мертвы.

В июне того же года женщина обратилась в прокуратуру в целях привлечения к ответственности медиков, виновных в смерти двух ее детей и нанесении вреда здоровью дочери. Однако уголовное дело удалось возбудить лишь спустя два года, при этом оно было прекращено в 2018 г. в связи со смертью подозреваемого.

Далее заявительница предприняла безуспешную попытку взыскать с Минфина России компенсацию за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок. Различные судебные инстанции сочли, что в связи со смертью подозреваемого такой срок считается не со дня подачи заявления о преступлении, а c момента возбуждения уголовного дела об этом преступлении. Впоследствии Верховный Суд РФ отказался рассматривать кассационную жалобу заявительницы.

В первой жалобе в Конституционный Суд Эльвира Юровских указала, что ч. 3 ст. 6.1 УПК не соответствует Конституции в той мере, в какой она позволяет при определении разумного срока уголовного судопроизводства для потерпевшего (а также для лица, несвоевременно признанного таковым) не включать в него период со дня подачи лицом (или в его интересах) заявления о преступлении и до момента возбуждения уголовного дела об этом преступлении, когда производство по уголовному делу завершилось постановлением о прекращении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям в связи со смертью подозреваемого.

Тогда КС РФ признал спорную норму неконституционной в той мере, в какой она позволяет при определении разумного срока уголовного судопроизводства для лица, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред (признанного в установленном уголовно-процессуальным законом порядке потерпевшим), не учитывать период со дня подачи им заявления о преступлении и до момента возбуждения уголовного дела об этом преступлении в случаях, когда производство по данному уголовному делу прекращено в связи со смертью подозреваемого. Он также распорядился о пересмотре дела заявительницы.

Федеральному законодателю было рекомендовано уточнить порядок определения момента начала исчисления разумного срока уголовного судопроизводства для потерпевших от преступлений лиц. До внесения соответствующих поправок в законодательство в аналогичных делах, если производство по уголовному делу прекращено в связи со смертью подозреваемого, следует руководствоваться положениями ч. 3.3 ст. 6.1 УПК РФ.

Повод для нового обращения в КС и позиция заявительницы

Далее Эльвира Юровских обратилась в суд с заявлением к Минфину России о возмещении процессуальных издержек в виде расходов, понесенных ею на оплату труда представителей. Однако суд отказал ей со ссылкой на право обратиться к следователю с соответствующим требованием в порядке ст. 131 УПК.

В ответ на ходатайство о возмещении процессуальных издержек руководитель следственного органа сообщил об отсутствии оснований для этого. Суд первой инстанции дважды отказывался рассматривать жалобу женщины, поданную в порядке ст. 125 УПК на бездействие следователя. В свою очередь апелляция дважды отменяла решение нижестоящего суда, и материал отправлялся на новое рассмотрение.

В феврале 2019 г. следователь вынес постановление о выплате Эльвире Юровских 7,8 тыс. руб. из расчета 980 руб. за один день участия адвокатов в производстве следственных и иных процессуальных действий. Однако суд признал постановление незаконным, поскольку Эльвирой Юровских, в частности, были понесены расходы на представителей, связанные не только с участием в следственных действиях, но и с реализацией иных прав, принадлежащих ей как потерпевшей, а следователь не учел объем и сложность дела и не мотивировал, почему он не принял решение о выплате в размере, определенном заявительницей.

В новом постановлении следователя сумма процессуальных издержек составила 37,8 тыс. руб. Тем не менее суд вновь признал его незаконным со ссылкой на то, что при расчете издержек следователь ошибочно руководствовался положениями, регламентирующими порядок расчета вознаграждения адвоката, участвующего в уголовном судопроизводстве в качестве защитника по назначению. Далее следователь постановил выплатить заявительнице 35 тыс. руб., однако это решение так и не было выполнено, поскольку его также признали незаконным в судебном порядке. Требование об индексации сумм процессуальных издержек, заявленное Юровских, так и не было разрешено судом.

Помимо прочего, заявительница также обращалась в суд с ходатайством о возмещении процессуальных издержек в порядке ст. 131 и 132 УПК, полагая, что решение об этом должно быть принято в судебном, а не в досудебном порядке. Тем не менее суд отказался принимать ходатайство, а вышестоящие инстанции, включая Верховный Суд, поддержали эту позицию.

Во второй жалобе в Конституционный Суд Эльвира Юровских просила признать ч. 3 ст. 131 и ст. 132 УПК и п. 30 Положения о возмещении процессуальных издержек не соответствующими Основному Закону в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования и в контексте правоприменительной практики они в случае прекращения уголовного дела на досудебной стадии по нереабилитирующему основанию исключают для потерпевшего возможность обратиться непосредственно в суд за возмещением понесенных в ходе предварительного расследования процессуальных издержек, не предусматривают индексацию сумм этих издержек и не закрепляют предельные сроки рассмотрения ходатайства потерпевшего об их возмещении.

КС выявил несовершенства законодательства

Конституционный Суд отметил, что действующее с 1 января 2013 г. Положение до сих пор не определяет порядок и размеры возмещения потерпевшему расходов на выплату вознаграждения представителю. При этом нормы Положения не могут применяться к оплате услуг представителя потерпевшего по аналогии, так как услуги адвоката, участвующего в уголовном деле по назначению, нельзя признать аналогичными услугам, оказываемым потерпевшему его представителем по соглашению, тем более после прекращения уголовного дела.

В свою очередь, подчеркнул КС, разъяснения Верховного Суда в Постановлении от 29 июня 2010 г. № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве» не обеспечивают реализацию права потерпевшего на возмещение процессуальных издержек в ситуации, когда вопрос о возмещении процессуальных издержек потерпевшего разрешается следователем в связи с прекращением уголовного дела. Соответственно, предоставленные следователю (дознавателю, прокурору) полномочия – при отсутствии нормативного механизма их реализации – могут применяться произвольно, а проверка таких решений в порядке ст. 125 УПК судами недостаточно эффективна.

Конституционный Суд добавил, что расходы, связанные с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего (п. 11 ч. 2 ст. 131 УПК), возмещаются как вынужденно понесенные убытки согласно п. 1 ст. 15 ГК РФ. При этом размер таких расходов фактически зависит от должностных лиц органов предварительного расследования, прокуратуры или суда, осуществлявших процессуальные действия и принимавших процессуальные решения, признанные впоследствии неправомерными. Объем, интенсивность, сложность, продолжительность юрпомощи, а потому и размер выплат за ее оказание в немалой степени зависят от действий (бездействия) и решений вышеуказанных должностных лиц.

Тем самым, заключил Суд, потерпевший несет вынужденные расходы, связанные не только с участием в следственных действиях, но и с обжалованием действий (бездействия) и решений следствия. При этом в правоприменительной практике возможны случаи, когда органы предварительного расследования связывают необходимость и оправданность расходов потерпевшего на представителя лишь с их участием в следственных действиях, исключая при этом иные процессуальные действия, а также обжалование, в том числе в суд, действий (бездействия) и решений должностных лиц, осуществляющих уголовное судопроизводство, а также судебных решений, принимаемых на досудебной стадии производства по уголовному делу. Текущее нормативное регулирование не содержит положения, которые ориентировали бы на иное решение данного вопроса, заключил Суд.

Таким образом, КС счел, что сроки рассмотрения ходатайства о возмещении судебных издержек установлены непосредственно уголовно-процессуальным законом, который не предполагает отступлений от этих сроков. «В то же время отсутствует эффективная судебная защита прав потерпевших с точки зрения соблюдения предусмотренных законом сроков, когда суд последовательно отменяет неправомерные постановления следователя (дознавателя, прокурора), касающиеся возмещения потерпевшему расходов на представителя, но при этом, не наделенный правом самому определить сумму, подлежащую возмещению, лишь указывает на недостатки принятого решения и обязывает устранить допущенные нарушения», – подчеркивается в постановлении.

Оспариваемые нормы признаны неконституционными

Суд добавил, что ситуации прекращения уголовного дела на досудебной стадии по нереабилитирующим основаниям нередко возникают после достаточно длительных по времени действий по защите гражданином своих прав, в том числе предшествующих возбуждению уголовного дела и получению процессуального статуса потерпевшего. Сам УПК не содержит общих положений об индексации возмещаемых процессуальных издержек, а правительственное положение не устанавливает порядок, в котором определялись бы размеры возмещения расходов, понесенных потерпевшим на выплату вознаграждения представителю, следовательно, их индексация не предполагается. Правоприменительная практика подтверждает, что не только следователи, но и суды, разрешая жалобы на соответствующее постановление следователя, отказываются даже рассматривать вопрос об индексации.

«Следовательно, требование об учете инфляции подлежит распространению и на выплату потерпевшему расходов на представителя, понесенных им как в связи с участием в следственных и других процессуальных действиях, так и в связи с судебной защитой своих прав», отметил КС, добавив, что иное приводило бы к отступлению от принципов равенства и справедливости, к дальнейшему умалению, а не к восстановлению прав потерпевшего, противоречило бы Конституции.

Таким образом, Суд признал ч. 3 ст. 131 и ч. 1 ст. 132 УПК РФ, а также п. 30 Положения о возмещении процессуальных издержек не соответствующими Конституции в той мере, в какой они не обеспечивают надлежащий уровень правовой определенности применительно к порядку и размерам возмещения процессуальных издержек при вынесении следователем (дознавателем, прокурором) постановления о возмещении расходов потерпевшего на выплату вознаграждения его представителю по уголовному делу, прекращенному по нереабилитирующему основанию, а равно не позволяют обеспечить эффективную судебную защиту права потерпевшего на получение такого возмещения в установленный срок и не предусматривают правовой механизм индексации сумм такого возмещения.

В связи с этим Суд предписал федеральному законодателю внести изменения в действующее правовое регулирование. До этого момента возмещение расходов потерпевшего на выплату вознаграждения его представителю по уголовному делу, прекращенному на досудебной стадии по нереабилитирующему основанию, будет производится с учетом ряда факторов.

Так, при определении размеров возмещения надо исходить из того, что возмещаются в полном объеме все необходимые и оправданные расходы на выплату вознаграждения представителю потерпевшего (в том числе до формального получения статуса потерпевшего), которые должны быть подтверждены документами. Речь также идет о расходах, связанных с обжалованием отказа в возбуждении уголовного дела, поскольку оно в дальнейшем было возбуждено, и с обжалованием прекращения уголовного дела, поскольку решение о том было отменено.

Такие расходы возмещаются за счет средств федерального бюджета независимо от вины должностных лиц органов, осуществляющих уголовное судопроизводство, и с учетом уровня инфляции. Вопрос о необходимости, оправданности и размере расходов потерпевшего на выплату вознаграждения его представителю, если потерпевший обжаловал в суд соответствующее решение, принятое следователем (дознавателем, прокурором), разрешается непосредственно судом. КС РФ также распорядился пересмотреть правоприменительные решения в отношении заявительницы, вынесенные на основе оспариваемых ею норм.

Адвокаты прокомментировали выводы Суда

В комментарии «АГ» адвокат Санкт-Петербургской коллегии адвокатов «Ивановы и партнеры» Александр Анохин, который представлял интересы Эльвиры Юровских в Конституционном Суде в обоих случаях, отметил, что существующая ситуация недопустимой неопределенности относительно возмещения процессуальных издержек (включая расходы, понесенные потерпевшими в связи с реализацией своего права на судебную защиту на досудебной стадии) очевидно свидетельствует о пробелах в законодательстве.

«Выводы КС, определившего механизм возмещения процессуальных издержек потерпевшим, чьи дела прекращены по нереабилитирующим основаниям на досудебной стадии, безусловно, устраняют существующие пробелы законодательства и обеспечивают правовую определенность, ориентируют судебную практику и в целом служат в перспективе реальному восстановлению нарушенных прав потерпевших, что не может не радовать», – полагает Александр Анохин.

Адвокат, партнер АБ «ЗКС» Кирилл Махов заметил, что КС не только выявил пробел в законодательстве, но дал разъяснения относительно того, какой объем работы представителя должен учитываться при решении вопроса о размере издержек. «Важным, на мой взгляд, является указание на то, что при разрешении вопроса об определении размера суммы издержек, понесенных лицом в случае привлечения адвоката или представителя для участия в уголовном деле по соглашению, нельзя проводить аналогию со стоимостью услуг адвокатов, привлекаемых к участию в уголовном деле по назначению. Так, Суд четко определил, что стоимость услуг адвоката или представителя потерпевшего определена соответствующим соглашением, заключенными между указанными сторонами, и в данном случае невозможно применять нормы, закрепленные в Положении о возмещении процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу. Конституционный Суд указал, что порядок и размер возмещения выплаченного представителю вознаграждения не тождественны порядку и размеру расходов бюджета на оплату труда адвоката по назначению», – отметил он.

Кирилл Махов назвал интересным вывод о том, что размер расходов, понесенных потерпевшим на привлечение квалифицированных юристов, зависит не только от диспозитивного выбора самого потерпевшего, но и от должностных лиц органов предварительного расследования, прокуратуры или суда, осуществлявших процессуальные действия и принимавших процессуальные решения. «КС прямо указывает, что при исчислении размера издержек потерпевшего на привлечение представителя необходимо исходить не только из расходов, связанных с участием в следственных действиях адвоката, но и с обжалованием действий (бездействия) и решением должностных лиц. Также важным является заключение Суда о том, что требование об учете инфляции подлежит распространению и на выплату потерпевшему расходов на представителя, понесенных им как в связи с участием в следственных и других действиях, так и в связи с судебной защитой своих прав», – резюмировал эксперт.

Председатель МКА «Паритет» Ерлан Назаров обратил внимание на констатацию КС РФ случаев, когда в ходе уголовного судопроизводства потерпевшему приходится добиваться защиты своих прав от недобросовестно действующих должностных лиц органов дознания и предварительного следствия, о чем могут свидетельствовать неоправданная волокита, незаконные и необоснованные решения об отказе в возбуждении или о прекращении уголовного дела, немотивированный отказ в удовлетворении ходатайств. «Ситуацию, когда потерпевший по уголовному делу обладает более узкими и малопредсказуемыми возможностями и гарантиями компенсации процессуальных издержек, в том числе относительно объемов и размера понесенных расходов, в сравнении с оправданным или лицом, уголовное преследование в отношении которого прекращено по реабилитирующим основаниям, нельзя признать терпимой», – отметил он.

По словам эксперта, в постановлении справедливо отмечено, что ситуация, когда вопрос о возмещении процессуальных издержек потерпевшего в связи с прекращением уголовного дела возлагается на следователя, не обеспечивает надлежащую государственную защиту соответствующих прав этого участника уголовного судопроизводства и ведет к тому, что предоставленные следователю (дознавателю, прокурору) полномочия – при отсутствии нормативного механизма их реализации – могут применяться произвольно. «В то же время суды, которые рассматривали жалобы в рамках ст. 125 УПК и вставали на сторону потерпевшей в споре со следователем относительно разрешения вопросов компенсации процессуальных издержек, не имеют по действующему законодательству полномочий понудить должностных лиц следственных органов принять конкретное решение в пользу лица, чьи права были ущемлены, а лишь выдвигают формальное требование устранить допущенное нарушение закона. В свою очередь, при таких обстоятельствах может создаваться патовая ситуация, когда потерпевший будет лишен возможности в прогнозируемой перспективе добиться окончательного положительного результата», – полагает адвокат.

По мнению Ерлана Назарова, выявляя пробелы в регулировании рассматриваемых вопросов, КС вновь продекларировал свою твердую позицию, согласно которой признание законодателем того или иного права при отсутствии его специального нормативного обеспечения ставит субъектов правоотношений в ситуацию недопустимой неопределенности. «Призвав законодательные органы и Правительство РФ внести необходимые изменения в действующее правовое регулирование рассматриваемой проблемы, КС РФ сделал достаточно нетривиальный шаг, возложив временно именно на суд обязанность по разрешению вопроса о необходимости, оправданности и размере расходов потерпевшего на выплату вознаграждения его представителю, если потерпевший обжаловал в суд соответствующее решение, принятое следователем (дознавателем, прокурором). При этом он нацелил исходить из того, что возмещению подлежат в полном объеме все необходимые и оправданные расходы на выплату вознаграждения представителю потерпевшего (в том числе до формального получения статуса потерпевшего), в том числе расходы, связанные с обжалованием отказа в возбуждении уголовного дела, поскольку оно в дальнейшем было возбуждено, и с обжалованием прекращения уголовного дела, поскольку решение о том было отменено; возмещение производить с учетом уровня инфляции», – добавил Ерлан Назаров.

По словам управляющего партнера АБ «Правовой статус», адвоката Алексея Иванова, рассматриваемое дело удачно иллюстрирует, с какой неохотой представители компетентных органов возмещают издержки, связанные с оказанием квалифицированной юридической помощи: «На его примере видно, как тяжело возбудить уголовное дело при, казалось бы, очевиднейших основаниях – и сколь низко оцениваются расходы на вознаграждение представителя (юридическая помощь адвоката), действовавшего по соглашению».

По словам эксперта, казалось бы, существующий порядок возмещения издержек и реабилитации предельно структурирован и ясен, что должно исключить возможность его произвольного применения. «Обязанность заявителя – представить доказательства понесенных издержек, а правоприменителя – возместить их в полном объеме. Речь, разумеется, идет о случае оказания юридической помощи по соглашению, когда юридическую помощь оплачивает обратившееся за ней лицо. Однако несмотря на кажущуюся простоту такие дела всегда вызывают большие сложности, связанные в первую очередь с нежеланием правоприменителя понимать суть института возмещения издержек и отсутствием желания адекватно оценивать функцию адвокатов-защитников и представителей потерпевших», – полагает он.

«Следующий шаг за законодателем. После внесения соответствующих изменений мы наконец получим реально работающий институт возмещения процессуальных издержек, который будет одинаково понимаем не только адвокатами, но и правоприменителем. А для его применения не потребуется прохождение всех кругов ада», – выразил надежду Алексей Иванов.

Фото: government.ru

Правительство РФ на своем заседании 25 апреля рассматривает поправки в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы РФ, которыми изменяется порядок возмещения процессуальных издержек, в том числе на оплату услуг адвоката.

Законопроектом, разработанным Минюстом России, предлагается установить обязанность возмещения процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу, в том числе на оплату труда адвокатов, в качестве обязательного условия при назначении судом наказания, не связанного с лишением свободы. Порядок будет распространяться также на случаи назначения судом наказания в виде лишения свободы условно и при условно-досрочном освобождении из мест лишения свободы. Это позволит максимально возмещать расходы федерального бюджета на оплату труда адвокатов по назначению.

Изменения вносятся в ст. 74 (отмена условного осуждения или продление испытательного срока) и ст. 79 (условно-досрочное освобождение от отбывания наказания) УК РФ. Ими уточняется обязанность осужденного по возмещению процессуальных издержек по уголовному делу, в том числе сумм, выплаченных адвокату за оказание им юридической помощи в уголовном судопроизводстве по назначению дознавателя, следователя или суда. Предусматривается, что в случае неисполнения осужденным этой обязанности суд может принять решение об отмене условного осуждения и исполнении наказания, назначенного приговором суда. Также может быть продлен испытательный срок либо не применено условно-досрочное освобождение от отбывания наказания.

Предлагается закрепить в УПК РФ обязанность суда указывать в числе процессуальных издержек, взыскиваемых с осужденного, суммы, выплачиваемые адвокату по назначению.

В ст. 220 и ст. 225 УПК РФ уточняется, что к обвинительному заключению, обвинительному акту должна прилагаться справка, в том числе о процессуальных издержках, включая отдельно суммы, выплачиваемые адвокату по назначению.

Предлагаемые законопроектом изменения касаются только тех издержек, которые взысканы с осужденного приговором суда, вступившим в законную силу. В связи с этим новые положения УК и УПК не повлекут ухудшения положения осужденных.

Кроме того, в соответствии со ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки в виде расходов на адвоката, осуществлявшего защиту по назначению дознавателя, следователя или суда, не взыскиваются с осужденного в случае выявления его имущественной несостоятельности. Следовательно, как отмечают в Минюсте, предлагаемые поправки не создадут дискриминационного различия между осужденными по имущественному признаку.

Оставьте комментарий