Заявление о взыскании издержек по административному делу

Подборка наиболее важных документов по запросу Взыскание судебных расходов по делу об административном правонарушении (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).

21 января Конституционный Суд РФ вынес Постановление № 6-П/2019 по делу о проверке конституционности ст. 112 КАС РФ, которая, по мнению заявителей, нарушает их права, поскольку допускает взыскание судебных расходов на оплату услуг представителя с истцов, проигравших дело о признании незаконным решения госоргана.

Обстоятельства дела

Как уже писала «АГ», с жалобой в КС РФ обратились граждане Наталья Баланюк, Николай Лаврентьев, Илья Попов и Владимир Чернышев, которые входят в группу инициативных петербуржцев «Спасем Александрино», выступающую против уплотнительной застройки г. Санкт-Петербурга. Ранее указанная группа обращалась в суд с административным иском к Комитету по градостроительству и архитектуре г. Санкт-Петербурга, оспаривая распоряжения об утверждении градостроительных планов земельных участков. К участию в деле в качестве заинтересованного лица на стороне административного ответчика был привлечен застройщик в лице общества «Воин-В».

Районный суд г. Санкт-Петербурга удовлетворил требования заявителей частично, однако впоследствии его решение было отменено апелляцией, которая отказала в удовлетворении административного иска. Впоследствии общество «Воин-В» обратилось в суд за возмещением судебных расходов на сумму свыше 90 тыс. руб. В обоснование своих требований застройщик ссылался на факт заключения им договоров об оказании юридических услуг в рамках административного судопроизводства.

Городской суд Санкт-Петербурга взыскал с административных истцов 40 тыс. руб. (по 10 тыс. руб. с каждого из четырех участников инициативной группы) в соответствии со ст. 112 КАС РФ. Согласно указанной норме стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах; если сторона, обязанная возместить расходы на оплату услуг представителя, освобождена от их возмещения, указанные расходы возмещаются за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета.

По мнению заявителей, ст. 112 КАС РФ не соответствует положениям Конституции РФ, поскольку допускает взыскание судебных расходов на оплату услуг представителя с истцов, проигравших дело о признании незаконным решения госоргана.

Выводы КС РФ

Изучив обстоятельства дела, Конституционный Суд РФ пришел к выводу о том, что заинтересованные лица, не имея самостоятельного материально-правового притязания относительно предмета спорного правоотношения, защищают собственные материально-правовые интересы, на которые может повлиять судебный акт по делу об оспаривании решения органов государственной власти.

Со ссылкой на ст. 103 и 106 КАС Суд пояснил, что судебные расходы включают в себя госпошлину и издержки по делу, при этом перечень последних не является исчерпывающим. Он также подчеркнул, что в сфере административного судопроизводства действует общий порядок распределения судебных расходов между сторонами, установленный ч. 1 ст. 111 РФ, за исключением отдельных случаев.

«Тем самым КАС РФ прямо закрепляет возможность возмещения судебных расходов стороне в административном деле, в чью пользу состоялся итоговый судебный акт. Однако данный Кодекс, регулируя процессуальный статус заинтересованного лица и признавая, что оно пользуется правами и несет обязанности стороны, не позволяет однозначно распространить на него и положения о возмещении судебных расходов поскольку такое возмещение не рассматривается буквально как процессуальное право стороны, а порядок возмещения судебных расходов, понесенных заинтересованным лицом, выступавшим на стороне, в пользу которой состоялся итоговый судебный акт, не имеет вступившего в силу на момент принятия настоящего постановления специального законодательного урегулирования», – отмечено в постановлении.

Также Суд пояснил, сославшись на ряд собственных правовых позиций, что критерием присуждения судебных расходов является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования. Если возмещение судебных расходов законом не предусмотрено, лицо не лишено возможности добиваться возмещения причиненных ему убытков в самостоятельном процессе в рамках ст. 15 ГК РФ. Само же возмещение судебных расходов ответчику и третьим лицам, вступившим в дело на его стороне, обусловливается не процессуальным статусом лица, в чью пользу принят судебный акт, а вынужденным характером понесенных в судебном разбирательстве затрат. В этой связи возможно возмещение судебных расходов применительно к лицу, с правами и обязанностями которого непосредственно связано разрешение дела, участвовавшему в деле на стороне, в чью пользу принят судебный акт. При этом должны подтверждаться фактический характер расходов, их необходимость и разумность.

Кроме того, КС отметил, что в судебной практике сложился единый правовой режим возмещения судебных расходов для третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора по гражданским делам, и заинтересованных лиц, участвующих в административных делах. Возможность возмещения понесенных ими судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, связывается с тем, способствовало ли их процессуальное поведение принятию судебного акта в пользу стороны, на которой они выступали, а на проигравшую сторону возлагается обязанность возместить соответствующие расходы.

Таким образом, установление связи права заинтересованного лица на возмещение судебных издержек исключительно с тем, способствовало ли его фактическое процессуальное поведение принятию судебного акта в пользу стороны, на которой оно выступало, может, по сути, рассматриваться как поощрение административного ответчика и суда к неисполнению возложенных на них обязанностей при производстве по делам. Это, в свою очередь, может побуждать заинтересованное лицо к принятию на себя всей полноты процессуального бремени доказывания законности оспоренных решений, действий (бездействия), чем может существенно осложнять определение оснований и условий возмещения ему понесенных судебных расходов, при условии, что они вынужденны и разумны. Также недопустимы целенаправленные действия административного ответчика и заинтересованного лица по увеличению расходов последнего на представителя, с целью финансовых обременений административного истца в качестве своеобразной санкции. Соответственно, выявление судом при разрешении вопроса о судебных издержках признаков таких действий обязывает суд разрешить вопрос о разумности судебных расходов.

Как указал Суд, иное понимание ст. 112 КАС РФ не соответствовало бы природе и задачам административного судопроизводства, придавало бы издержкам административного истца непрогнозируемый характер, создавая преграду для доступа к правосудию лиц, обоснованно полагающих свои права нарушенными, но не обладающих достаточными материальными средствами.

В итоге КС признал оспариваемую норму не противоречащей Конституции, поскольку она предполагает возможность присуждения судом с административного истца расходов на оплату услуг представителя, понесенных заинтересованным лицом, участвовавшим в административном деле об оспаривании решений органа публичной власти на стороне административного ответчика, в пользу которого принят итоговый судебный акт по административному делу.

При этом фактическое процессуальное поведение заинтересованного лица должно отвечать следующим условиям:

  • судебные расходы, понесенные на оплату услуг представителя, являлись необходимыми (вынужденными), поэтому они возмещаются в разумных пределах;
  • участие заинтересованного лица в административном деле на стороне административного ответчика было надлежащим способом защиты своих прав, свобод и законных интересов, а судебный акт по делу влечет юридические последствия для такого лица в виде сохранения или прекращения его прав и обязанностей;
  • его расходы на оплату услуг представителя не сводились к воспрепятствованию деятельности административного истца по защите прав, свобод и законных интересов себя, других лиц или неопределенного круга лиц.

В этой связи Конституционный Суд распорядился пересмотреть судебные решения по делу заявителей, принятые на основе оспариваемой нормы, истолкованной вразрез с ее конституционно-правовым смыслом.

Мнения экспертов «АГ»

Комментируя постановление, адвокат АК «Бородин и Партнеры» Ольга Рогачева отметила, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица в разумных пределах (Постановление Пленума ВС РФ от 21 января 2016 г. № 1). «В деле, рассматриваемом КС, расходы на оплату услуг представителя заинтересованного лица были взысканы с граждан, которым частично было отказано в удовлетворении административного иска по делу об оспаривании решения органа публичной власти. КАС РФ, регулируя процессуальный статус заинтересованного лица, не позволяет однозначно распространить на него положения о возмещении судебных расходов, порядок возмещения таких расходов также законодательно не урегулирован», – пояснила эксперт.

По мнению адвоката, Конституционный Суд правильно акцентирует внимание на вопросе о том, должен ли быть единым процессуальный режим возмещения издержек в административном и гражданском судопроизводстве. Также нужно учитывать, что КАС регулирует рассмотрение споров в сфере административных и иных публичных правоотношений. «Последняя включает в себя как отношения, возникающие в результате установления правовых порядков организации и функционирования публичного управления, так и отношения, порождаемые незаконными решениями, действиями (бездействием) органов публичной власти, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих, которые реализуют административные властные полномочия к физическим лицам и организациям», – отметила Ольга Рогачева. По ее словам, распределение бремени доказывания при оспаривании действий (бездействия), решений органов публичной администрации осуществляется таким образом, что законность принятых решений должны доказать органы государственной власти.

При этом адвокат отметила, что КС в своем постановлении также акцентирует внимание на активной роли суда, которая закреплена к КАС РФ, но пока не получила должного применения и понимания. При рассмотрении дел об оспаривании решений и действий суд не связан с основаниями и доводами заявленных административными истцами требований. Рассмотрение судом административных дел должно гарантировать правовую защиту прав, свобод и законных интересов граждан и организаций в указанной сфере правоотношений, а также законность в деятельности органов публичной власти и их должностных лиц, государственных и муниципальных служащих. «Властность подчинения одной стороны другой представляет собой характерную особенность сферы административных и иных публичных правоотношений и одновременно основу их возникновения и реализации. Если на стороне властного субъекта будет еще заинтересованное лицо, которое найдет себе “юридически крутого” представителя, то вряд ли мы можем говорить о справедливом правосудии», – полагает Ольга Рогачева.

Она также согласилась с выводом Суда о том, что необходимо дифференцированно подходить к определению оснований и условий возмещения судебных расходов в административном судопроизводстве. «В данном аспекте следует учитывать специальный административно-правовой статус должностных лиц и государственных служащих, право применения к физическим лицам и организациям отдельных административных властных требований, дискрецию и возникающую в связи с этим необходимость обеспечения защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, прав и законных интересов организаций в указанной сфере правоотношений», – отметила Ольга Рогачева.

Адвокат АП Ставропольского края Игорь Усков считает, что обозначенная Конституционным Судом позиция развивает ранее озвученный ВС РФ принцип допустимости возмещения процессуальных издержек третьих лиц сторонами дела в гражданском судопроизводстве. «Такой подход справедлив: обращаясь в суд, истец должен отвечать за свои действия хотя бы рублем. Возможно, высшие суды таким образом пытаются остановить вал заведомо проигрышных исков, тормозящий и без того нагруженную судебную систему», – рассуждает эксперт.

По его словам, в настоящее время законодатель идет по аналогичному пути, допуская взыскание судебных издержек не только сторонами друг с друга, но и вовлекая в процессуальную ответственность всех участников производства. «При этом не следует опасаться, что истолкованная норма будет препятствием на пути к правосудию под угрозой материальных трат. Постановление достаточно подробно излагает защитительный механизм от произвольной компенсации издержек победителя, указывая на его добросовестность, разумность пределов, вынужденность расходов и участие заинтересованного лица только в качестве способа защиты его прав вкупе с его активной позицией», – отметил Игорь Усков, добавив, что такой подход отсекает расходы третьих лиц, формально привлеченных к делу.

В то же время адвокат полагает, что постановление КС существенно не повлияет на правоприменительную практику: «В административном судопроизводстве редко встречаются ситуации, когда заинтересованное лицо обороняет власти-ответчиков так активно, чтобы претендовать на возмещение издержек». Однако он выразил надежу, что данный судебный акт будет служить общим ориентиром судам и юристам в целях защиты добросовестных лиц.

КС РФ опубликовал Постановление № 36-П/2020, которым истолковал ст. 15, 16, 1069 и 1070 ГК применительно к взысканию издержек по делам об административных правонарушениях. Примечательно, что постановление вынесено сразу по двум не связанным друг с другом жалобам.

История первого заявителя и его позиция в КС

Романа Логинова оштрафовали на 30 тыс. руб. и на полтора года лишили права управления транспортными средствами на основании ч. 1 ст. 12.8 КоАП. Только в Верховном Суде адвокат Четвертой Курганской областной коллегии адвокатов Алексей Кондратьев смог добиться прекращения производства по делу в связи с недоказанностью обстоятельств, послуживших основанием для привлечения к административной ответственности.

Впоследствии Роман Логинов обратился в суд с исковым заявлением о возмещении ущерба, причиненного в результате незаконного привлечения к административной ответственности: расходов на оплату услуг защитника в деле об административном правонарушении и представителя по гражданскому делу, на уплату государственной пошлины, административного штрафа, на возмещение защитнику транспортных расходов. Мужчина также потребовал компенсировать моральный вред.

Заводоуковский районный суд Тюменской области принял решение о возмещении части расходов на оплату услуг защитника и представителя, а также расходов на уплату госпошлины и административного штрафа. В компенсации морального вреда первая инстанция отказала, поскольку истец не доказал «наступление морального вреда». Прекращение производства по делу само по себе, по мнению суда, не свидетельствует о незаконности действий должностного лица при составлении протокола и не влечет «безусловной компенсации гражданину морального вреда».

Позднее Тюменский областной суд отменил это решение в части возмещения расходов на оплату услуг защитника и представителя, государственной пошлины и административного штрафа. Апелляция пояснила, что действия должностного лица незаконными не признаны, а его вина в необоснованном привлечении Романа Логинова к административной ответственности не установлена. Суд исходил из того, что ст. 24.7 КоАП расходы на оплату услуг защитника не отнесены к издержкам по делам об административных правонарушениях, а потому их взыскание осуществляется в рамках гражданского судопроизводства с обязательным установлением вины государственного органа и причинно-следственной связи между наступившими последствиями и противоправным поведением ответчика.

Роман Логинов обратился в КС РФ (жалоба имеется у «АГ»). По мнению заявителя, прекращение производства по делу об административном правонарушении само по себе свидетельствует о незаконности действий государственного органа или должностного лица. Мужчина посчитал, что ст. 15 и 16, ч. 1 ст. 151, ст. 1069 и 1070 ГК, а также ч. 1, 2 и 3 ст. 24.7 и ст. 28.2 КоАП позволяют отказать гражданину в возмещении расходов на оплату услуг защитника и уплату административного штрафа, а также в компенсации морального вреда в случае прекращения дела об административном правонарушении при отсутствии установленной судом вины органов государственной власти и должностных лиц. Указанные нормы, с точки зрения заявителя, противоречат Конституции, поскольку нарушают права граждан на доступ к правосудию и на получение квалифицированной юридической помощи, а также право на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями или бездействием органов государственной власти.

Факты по делу второго заявителя и его позиция в КС

Раиля Шарафутдинова привлекли к административной ответственности за то, что он управлял «Камазом» с прицепом, где допустимая нагрузка на оси превышала норму (ч. 2 ст. 12.21.1 КоАП). Однако при повторном взвешивании на спецстоянке превышений выявлено не было.

В ходе рассмотрения протокола о правонарушении мировым судьей судебного участка № 1 Карсунского судебного района Ульяновской области защитник Раиля Шарафутдинова представил акт экспертного исследования, из которого следовало, что первое взвешивание проводилось в ненадлежащих условиях – на подъеме дороги по ходу движения. Производство по делу было прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Раиль Шарафутдинов предъявил иск о взыскании убытков, причиненных вследствие незаконного привлечения к административной ответственности. Речь шла о стоимости услуг защитника, хранения машины на спецстоянке, суточного проживания в гостинице и экспертного исследования.

Ленинский районный суд г. Ульяновска частично удовлетворил иск, отказав лишь во взыскании затрат на экспертное исследование, поскольку не были представлены подтверждающие документы. Расходы на оплату услуг защитника суд уменьшил, сославшись на принцип разумности. Решение устояло в апелляции. Обе инстанции исходили из того, что прекращение производства по делу об административном правонарушении в связи с отсутствием состава правонарушения свидетельствует о необоснованности возбуждения в отношении истца дела об административном правонарушении, а потому с ответчика подлежат взысканию убытки.

Однако Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда апелляционное определение отменила, направив дело на новое рассмотрение во вторую инстанцию. В этот раз областной суд отказал в удовлетворении всех требований, поскольку, по его мнению, не было установлено, что убытки причинены истцу незаконными действиями должностных лиц. При этом апелляция указала, что составление протокола по ч. 2 ст. 12.21.1 КоАП и возбуждение дела об административном правонарушении, впоследствии прекращенного судом, были осуществлены сотрудниками МВД в соответствии с их должностными обязанностями.

Раиль Шарафутдинов подал жалобу в Конституционный Суд (имеется у «АГ»). Мужчина настаивал на том, что ст. 15 и 1069 ГК, ст. 61 ГПК, ст. 28.1 и 28.2 КоАП и статья 13 Закона о полиции нарушают право гражданина на возмещение убытков, административное дело в отношении которого прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения, и позволяют судам пересматривать дела в рамках других судебных процессов в нарушение принципа преюдиции, а потому противоречат Конституции.

КС дал разъяснения по отдельным требованиям, которые не стал рассматривать

Конституционный Суд решил, что жалобы Романа Логинова и Раиля Шарафутдинова касаются одного и того же предмета, и соединил дела по этим обращениям в одном производстве. Оба заявителя оспаривали конституционность ст. 15, 1069 ГК и ст. 28.2 КоАП, заметил КС. Однако, добавил он, ст. 28.2 КоАП, а также указанная Романом Логиновым ст. 24.7 и упомянутая Раилем Шарафутдиновым ст. 28.1 того же Кодекса не регулируют возмещение расходов в обозначенном заявителями аспекте.

Не согласился КС и с утверждением Романа Логинова о том, что оспариваемые нормы не позволяют возвратить сумму административного штрафа, уплаченного на основании отмененного постановления судьи. Как указано в постановлении Конституционного Суда, этот случай относится к возврату излишне уплаченных или взысканных платежей в бюджет. Такой возврат производится на основании п. 2 ст. 160.1 Бюджетного кодекса и п. 27 Порядка учета Федеральным казначейством поступлений в бюджетную систему РФ и их распределения между бюджетами, то есть в этой части оспариваемые законоположения также не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявителя, заключил КС.

Суд также посчитал недопустимой жалобу Раиля Шарафутдинова в части включения в состав убытков, взыскать которые не получилось из-за неконституционности норм, стоимости хранения автомобиля на спецстоянке. КС пояснил, что в случае заявителя такие расходы должно было оплатить государство (ч. 12 ст. 27.13 КоАП). Этот вопрос мировому судье следовало отразить в постановлении о прекращении производства. Однако в постановлении по делу Раиля Шарафутдинова данный вопрос не разрешен. Соответственно, заявитель вправе взыскать потраченные деньги с владельца специализированной стоянки в гражданско-правовом порядке или же осуществить возврат в порядке, установленном региональным законодательством, со ссылкой на ч. 10 ст. 27.13 КоАП, указал КС. Он также отметил, что представленные Раилем Шарафутдиновым материалы не подтверждают применение в его деле ст. 61 ГПК и ст. 13 Закона о полиции.

Издержки в таких делах должны взыскиваться вне зависимости от вины госорганов

В итоге предметом рассмотрения по данному делу стали ст. 15, 16, ч. 1 ст. 151, ст. 1069 и 1070 ГК в той части, в какой на их основании разрешается вопрос о возмещении расходов, связанных с производством по делу об административном правонарушении, и компенсации морального вреда лицу, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено в связи с отсутствием события (состава) административного правонарушения или ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение (п. 1 и 2 ч. 1 ст. 24.5, п. 4 ч. 2 ст. 30.17 КоАП).

Конституционный Суд указал, что в КоАП отсутствует специальный правовой механизм по определению порядка и условий возмещения вреда, причиненного лицу, производство по делу об административном правонарушении в отношении которого прекращено в связи с невиновностью в совершении правонарушения. К таким основаниям относятся в том числе отсутствие возможности в предусмотренном законом порядке установить вину.

КС заметил, что связанные с производством по делу об административном правонарушении расходы лиц, дела в отношении которых прекращены на основании п. 1 или 2 ч. 1 ст. 24.5 либо п. 4 ч. 2 ст. 30.17 КоАП, не относятся к издержкам, возмещаемым за счет бюджетных средств (ст. 24.7 КоАП). То есть возмещение имущественного и морального вреда в таких случаях производится только в соответствии с общими гражданско-правовыми правилами.

Изучив практику применения ст. 15, 16, 1069 и 1070 Гражданского кодекса, КС отметил, что суды отказывают в возмещении расходов, связанных с производством по делу об административном правонарушении, если признают действия должностных лиц, причастных к привлечению лица к административной ответственности, законными. В таком случае невозможно компенсировать вред, в том числе и расходы на оплату услуг защитника, без установления вины соответствующего должностного лица в необоснованном административном преследовании.

«Таким образом, оспариваемые нормы <. > могут лишить лицо, в отношении которого осуществлялось административное преследование, но дело было прекращено на основании п. 1 или 2 ч. 1 ст. 24.5 либо п. 4 ч. 2 ст. 30.17 КоАП, гарантии защиты его прав и не позволить возместить те расходы, которые не возникли бы у такого лица, если бы в отношении него не были реализованы полномочия публичных органов власти (должностных лиц), обоснованность применения которых не подтвердилась с достоверностью в дальнейшем в связи с прекращением дела по одному из реабилитирующих оснований», – констатировал Суд. В то же время, добавил он, общим правилом возмещения судебных расходов является компенсация их стороне, в пользу которой принято решение, за счет другой стороны, кроме случаев, когда предусмотрены основания возмещения издержек за счет бюджета.

Сославшись на правовые позиции из постановлений № 20-П/2017 и № 6-П/2019, КС подчеркнул, что они применимы и к издержкам, возникшим у привлекаемого к административной ответственности лица при рассмотрении дела об административном правонарушении. При этом не важно, понесены ли такие расходы при рассмотрении дела судом или иным органом. Не имеет значения и то, отнесены ли соответствующие издержки к расходам по делу об административном правонарушении в силу прямого указания КоАП. При этом позиция о возможности дифференциации законодателем правил распределения расходов в зависимости от объективных особенностей конкретных судебных процедур и материальных правоотношений не позволяет перекладывать такие расходы на частных лиц, если в результате спора с государством была подтверждена правота частных лиц или, если применима презумпция невиновности, не подтвердилась правота публичных органов.

«Возмещение проигравшей стороной правового спора расходов другой стороны не обусловлено установлением ее виновности в незаконном поведении – критерием наличия оснований для возмещения является итоговое решение, определяющее, в чью пользу данный спор разрешен», – подчеркивается в постановлении.

В отсутствие в КоАП специальных положений о возмещении расходов лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании п. 1 или 2 ч. 1 ст. 24.5 либо п. 4 ч. 2 ст. 30.17 КоАП, положения ст. 15, 16, 1069 и 1070 ГК восполняют правовой пробел, а потому не могут применяться иным образом, убежден КС. Публично-правовое образование является субъектом, действия или бездействие которого повлекли расходы. Именно оно несет гражданско-правовую ответственность, а значит, такие издержки возмещаются за счет соответствующей казны, указал Суд.

Таким образом, заключил он, на основании ст. 15, 16, 1069 и 1070 ГК не может быть отказано в возмещении расходов на оплату услуг защитника и иных расходов, связанных с производством по делу об административном правонарушении, тем лицам, в отношении которых дела прекращены по п. 1, 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП (за отсутствием события или состава административного правонарушения) либо по п. 4 ч. 2 ст. 30.17 КоАП (из-за недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение по результатам рассмотрения жалобы) со ссылкой на недоказанность незаконности действий (бездействия) госорганов, должностных лиц или недоказанность вины должностных лиц в незаконном административном преследовании.

В то же время, добавил КС, уполномоченный орган вправе в регрессном порядке предъявить требование о возмещении государственных расходов к лицу, виновные действия или бездействие которого обусловили необоснованное возбуждение дела об административном правонарушении. Законодатель в свою очередь может интегрировать в КоАП положения о возмещении расходов лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании п. 1 или 2 ч. 1 ст. 24.5 либо п. 4 ч. 2 ст. 30.17 данного Кодекса.

Взыскание морального вреда только при наличии вины правомерно

Относительно ст. 151 ГК Конституционный Суд заметил, что связывание возможности компенсации морального вреда за счет казны в случаях прекращения производства на основании указанных выше норм КоАП с необходимостью установления виновности госорганов или должностных лиц в незаконных действиях (бездействии) не противоречит Конституции. Законодатель вправе установить порядок и условия возмещения вреда при прекращении административного преследования, отличные от порядка и условий его возмещения в связи с прекращением уголовного преследования, считает Суд. По его мнению, такая возможность обусловлена меньшей степенью ограничения прав и свобод в ходе административного преследования.

При этом, напомнил КС, компенсация морального вреда не зависит от вины причинивших его должностных лиц, если к гражданину незаконно применены административный арест или административное задержание. В последнем случае речь идет о мере обеспечения производства по делу об административном правонарушении, влекущем в качестве возможного наказания административный арест.

Суд пришел к выводу, что ч. 1 ст. 151 ГК соответствует Конституции в той части, в которой связывает возможность получения компенсации морального вреда лицом, в отношении которого дело было прекращено на основании п. 1 или 2 ч. 1 ст. 24.5 либо п. 4 ч. 2 ст. 30.17 КоАП, с необходимостью установления вины соответствующего органа госвласти или должностного лица. При этом законодатель может расширить перечень оснований компенсации морального вреда, наступившего вследствие незаконного применения к гражданину других видов административных наказаний, независимо от вины причинивших его должностных лиц, заключил КС.

Комментарий представителя одного из заявителей

Романа Логинова в Конституционном Суде представлял адвокат Алексей Кондратьев. По данным сайта КС, Раиль Шарафутдинов самостоятельно отстаивал свою позицию.

Алексей Кондратьев сообщил «АГ», что он и его доверитель в целом довольны постановлением, поскольку в нем нашла отражение их позиция о конституционно-правовом смысле оспариваемых норм. Адвокат пояснил, что ранее не было единообразия в толковании и применении ст. 15, 16, 151, 1069 и 1070 ГК РФ в той части, в которой КС дал свои разъяснения: «Суды нередко констатировали, что лицо, в отношении которого прекращено производство по делу об административном правонарушении, требуя возмещения убытков, обязано доказать незаконность действий должностных лиц органов, возбудивших дело об административном правонарушении. В других случаях суды исходили из того, что для возмещения лицу, привлекаемому к административной ответственности, убытков достаточно самого факта прекращения производства по делу по основаниям, предусмотренным ст. 24.5 КоАП».

Алексей Кондратьев, обосновывая правовою позицию доверителя в КС, исходил из того, что процедура привлечения лиц к административной ответственности не является по своей правовой конструкции уникальной и фактически аналогична процедуре привлечения к уголовной ответственности. «Преследование производится органами власти от имени государства, в рамках публичных отношений, лицо привлекается к мерам административного принуждения, в случае доказанности вины несет ответственность», – пояснил адвокат.

При этом, подчеркнул он, в случае незаконного и необоснованного уголовного преследования, незаконного привлечения к уголовной ответственности соответствующее лицо, исходя из конституционно-правового смысла ст. 15, 151, 1060 и 1070 ГК, имеет право на возмещение вреда (убытков) вне зависимости от вины органов следствия или дознания.

«Сам по себе факт прекращения уголовного преследования по реабилитирующим основаниям является безусловным основанием для возмещения вреда. При отсутствии норм о возмещении вреда, причиненного гражданину в результате незаконного «административного преследования», с учетом аналогии закона возмещение вреда может и должно производиться по принципу и процедуре, применяемой судами при возмещении вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием», – указал Алексей Кондратьев.

После принятия постановления указанный пробел, по мнению адвоката, наконец устранен. «Впредь суды не смогут произвольно толковать положения статей ГК РФ, на основании которых производится возмещение убытков лицам, незаконно привлеченным к административной ответственности. Возмещение будет производиться независимо от вины органов, возбудивших дело об административном правонарушении», – заключил он.

Мнение эксперта

Адвокат АП Республики Башкортостан Надежда Крылова заметила, что становится обыденностью изменение подходов судов общей юрисдикции к разрешению давно известных видов споров, в отношении которых существуют разъяснения Верховного Суда или правовые позиции КС. «Такие новые подходы свидетельствуют, что маятник баланса частных и публичных интересов при привлечении граждан к публичной юридической ответственности качнулся и нарушил принципы справедливости и полноты судебной защиты, – заметила эксперт. – Именно поэтому выводы Конституционного Суда представляются своеобразным компасом для правильного разрешения таких гражданско-правовых споров».

По мнению Надежды Крыловой, постановление должно пресечь распространение ошибочной судебной практики разрешения споров о возмещении вреда, причиненного незаконным привлечением к административной ответственности. Оптимизм, по ее словам, вселяет и указание Конституционного Суда на возможность законодателя интегрировать положения о возмещении расходов лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании п. 1 или 2 ч. 1 ст. 24.5 либо п. 4 ч. 2 ст. 30.17 КоАП, в законодательство об административной ответственности.

«Как известно, в настоящее время идет активная работа над новым проектом Кодекса об административных правонарушениях и соответствующим процессуальным кодексом. Поэтому, возможно, «предложение» Суда будет услышано и соответствующие правовые новации появятся в российском законодательстве об административной ответственности в ближайшее время. Вот тогда неправильные подходы к разрешению споров о возмещении понесенных издержек точно должны быть исключены», – добавила адвокат.

При этом, по ее словам, и до появления Постановления № 36-П/2020 было возможно добиться удовлетворения требований о взыскании расходов на представителя, на оплату услуг эксперта и госпошлины в пользу лица, в отношении которого производство по делу об административном правонарушении прекращено в связи с отсутствием события административного правонарушения. В подтверждение Надежда Крылова сослалась на свою адвокатскую практику – решение Октябрьского районного суда г. Уфы от 12 февраля 2019 г. по делу № 2-693/2019.

«Суд, в частности, ссылался на Определение КС РФ от 17 июля 2007 г. № 382-О-О, в котором отмечается, что обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя», – отметила адвокат. Кроме того, районный суд, по ее словам, руководствовался абз. 4 п. 26 Постановления Пленума ВС от 24 марта 2005 г. № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении КоАП». Суть этих разъяснений полностью совпадает с содержанием правовой позиции, изложенной КС РФ в Постановлении № 36-П/2020, подчеркнула эксперт.

Кроме того, в Постановлении № 36-П указывается, что возмещение проигравшей стороной правового спора расходов другой стороны не обусловлено установлением ее виновности в незаконном поведении – критерием наличия оснований для возмещения является итоговое решение, определяющее, в чью пользу данный спор разрешен, заметила Надежда Крылова. «Этот вывод, как следует из содержания рассматриваемого постановления, распространяется на все отношения по поводу возмещения такого рода расходов, поскольку вытекает из устоявшегося в российской правовой системе существа отношений. Поэтому данная правовая позиция универсальна и применима во всех видах судопроизводства», – заключила адвокат.

Оставьте комментарий